13 июня 2021 • Вc • 04:17
$ 71.68 € 87.33
Сейчас:
+20°C
Утром
+19°C
Днем
+24°C

Почему из аптек так часто исчезают лекарства? За достаточным количеством препаратов никто не следит

Анастасия Линяева, Урал56.Ру
16.02.2021
1357
Издание Meduza опубликовало результаты собственного расследования: почему из российских аптек так часто исчезают лекарства? Как оказалось, ответ очень прост – за тем, чтобы препаратов оставалось достаточно никто не следит.

История Виктории Рыжковой началась 7 лет назад. У женщины появились странные симптомы: она стала говорить очень тихо и не совсем членораздельно, ее начало покачивать при ходьбе, она спотыкалась, а лицо стало асимметричным — левую половину повело вниз. Выяснилось, что у нее болезнь Вильсона — Коновалова. Это редкое генетическое заболевание, при котором организм не может выводить медь и поэтому она накапливается в органах и тканях. Без лечения это заболевание приводит к циррозу, сильной слабости, поражению мозга и, в конце концов, смерти. В таком сложном случае может помочь только одно лекарство — «Купренил» (пеницилламин). Однако в продаже он есть не всегда. За 7 лет болезни Виктории он дважды отсутствовал в аптеках. Последний раз был в ноябре 2020 года, тогда фармацевтическая компания «Тева» заявила, что она снимает это лекарство с российского рынка и больше продавать не будет.

Виктория покупает данное лекарство сама. 9000 рублей в год для нее не большая сумма, ей гораздо важнее сберечь нервы, ведь получить препарат бесплатно тот еще квест. На ее памяти, «Купренил» пропадал из аптек два раза, в то время, как многие другие пациенты за те же годы были без лекарства гораздо чаще.

Meduza приводит слова Виктории.
Люди с заболеваниями чаще всего имеют инвалидность и не могут нормально работать. Тратить всю свою пенсию на препарат они не смогут. Я живу в большом городе, у меня есть доход, и у меня очень маленькие дозировки «Купренила». Я пью две таблетки в день. Соответственно, мне одной упаковки хватает на 50 дней. Ну сколько мне таких упаковок нужно в год? Я могу себе позволить их купить. А есть пациенты, которые пьют по шесть или по восемь таблеток «Купренила» в день. То, чего мне хватает на 50 дней, им хватает на 10, и конечно, им очень важно получать этот «Купренил» бесплатно, потому что иначе ты разоришься. Или, например, это многодетная семья, где у всех детей болезнь Вильсона — Коновалова.
Виктория Рыжкова

Известно, что есть заболевания, которые дают право на льготу. То есть получить лекарства можно и бесплатно, так как они будут куплены за счет федерального или регионального бюджетов. Но есть значительный минус: можно остаться без препарата не потому, что его нет в России, а из-за срыва закупок.

Это уже не новость, разного рода лекарства пропадают постоянно: вакцины, препараты, которые нужны людям с депрессией, туберкулезом, некоторыми формами аритмий, ревматическими заболеваниями, ВИЧ, гепатитом C и многими другими.

Препараты иногда пропадают совершенно внезапно. На этот случай пациентские организации советуют держать запас на несколько месяцев вперед. Из-за этого и бывает, что некоторые пациенты паникуют, увидев, что все пропадает, и начинают массово скупать лекарственные препараты с запасом на год, на полтора года. А это, в свою очередь, создает еще более повышенный спрос, после чего препараты исчезают.

Причина № 1: «У нас на первом месте среди причин дефицита стоит избыточное ценовое регулирование»

Когда «Купренил» исчез последний раз, компания «Тева» никак не прокомментировала происходящее. Позже, сказала, что это временная задержка. Виктория получила письмо от «Тевы», где сообщается, что они уходят с рынка с этим препаратом.

Одной из причин компания назвала «правила ценообразования на препараты, входящие в Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов. Из-за невозможности перерегистрировать предельную отпускную цену в связи с существенным повышением себестоимости производства, поставки указанных лекарственных форм остаются экономически нецелесообразными для компании». То есть, «Тева» не могла продавать его дороже, хотя производство подорожало.

Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖНВЛП) утверждает правительство. Препараты в этом списке должны оставаться доступными, льготники получают их бесплатно, а цены на них регулируются государством.

Получается, если лекарство входит в этот список, то его должны регулярно закупать, что выгодно производителям. Однако существует предельная отпускная цена, которая упоминается в письме компании «Тева». То есть это максимальная цена (без НДС), которую производитель может запрашивать за препарат, входящий в перечень ЖНВЛП. Ее одобряют Минздрав и Федеральная антимонопольная служба. Производитель может просить о повышении цены не чаще раза в год и для этого предоставлять расчеты, указывающие на недопустимость нынешней цены. Компания «Тева» не первая заявила, что уводит препараты с российского рынка и сокращает поставки из-за того, что им отказывают в перерегистрации цены.

Причина № 2: «Вместо изобилия отечественных лекарств мы получили полное исчезновение десятков наименований»

Предельно низкие цены —  далеко не единственная причина того, что препараты исчезают, а госзакупки срываются. Чтобы помочь с импортозамещением создано правило проведения госзакупок, которое получило название «третий лишний». Есть и исключения из этого правила, которое приняли после больших скандалов только в сентябре 2020 года.

В указанном списке исключений 10 препаратов, в основном для лечения онкологических заболеваний. Но в письме 27 благотворительных фондов и пациентских организаций эти меры называют «недостаточными и запоздалыми».

Кроме списка из исключений, есть и другой способ, который в теории позволяет обойти правило «третий лишний», — перечень лекарств, которые можно закупать по торговому наименованию. То есть таких, невозможность замены которых доказана, даже если на рынке есть что-то похожее. За 8 лет действия этого постановления правительства перечень так и не создан.

Предотвратить дефицит лекарств могло бы производство препаратов на территории России, однако на практике этого не случилось.

Причина № 3: «У нас бюрократия бездумная, требования могут противоречить друг другу»

В России много и регуляторных барьеров. Например, избыточные регистрационные требования. Часть из них протекционистские и гарантируют защиту отечественных производителей. Эти меры действуют и тогда, когда нет отечественных производителей. Упускается из вида то, что ранний выход на рынок новых иностранных лекарств способствовал бы раннему появлению отечественных аналогов.

Со слов фармкомпаний, сложности в 2020 году добавило введение маркировки. Другими словами, на каждой упаковке лекарств должен быть нанесен определенный код, который помогает отследить прохождение конкретной упаковки от производителя до конечного потребителя. В октябре зарубежные компании заявили, что не смогут вовремя поставить почти 40 миллионов упаковок 450 препаратов. 

Другая проблема заключается в том, что российские лаборатории, которые проверяют препараты перед регистрацией, не соблюдают общепринятые подходы к обеспечению качества и достоверности лабораторных исследований. В итоге на рынок не выходят качественные препараты.

Причина № 4: «В связи со сложившейся эпидемиологической ситуацией»

Пандемия коронавируса серьезно повлияла на доступность некоторых препаратов. Например, сложности возникли с доступностью препаратов для лечения ревматических заболеваний, так как они используются при лечении ковида. Также во время пандемии проблемы возникли и с доступностью иммуноглобулинов.

«За то, чтобы в стране было достаточное количество лекарств, никто не несет ответственности»

Когда пациенты сталкивались с с дефицитом лекарств, то обращались в фармокомпании. Но и тут есть проблемы, так как фармкомпании — это огромная бюрократическая машина, и найти там человека, который что-то знает, невозможно. Такое мнение выразил онколог Михаил Ласков. С его слов, попытаться выяснить, когда поступит препарат тоже часть работы. Однако рассчитывать на это невозможно. Скажут, что завезут через месяц — а как проверить?

Тут подходит история Виктории Рыжковой. Ведь она рассказывает, что на ее запросы компания «Тева» может молчать месяц или два. Потому как в компании нет человека, к которому пациенты могли бы прийти с вопросами, на которые получили бы честные ответа сразу. Да и пресс-служба дает недостоверную информацию.

Сообщается, что Виктория вместе с другими пациентами уже два года общается с фармкомпаниями, и пытается убедить их вернутся в Россию с препаратами, альтернативными «Купренилу». У пациентов должны быть варианты.

Конечно, дефицит препаратов есть практически во всех странах мира. Этого не избежать. Вопрос здесь в другом: кто и как занимается его профилактикой и устранением. Такими серьезными и важными делами не должны заниматься пациенты с помощью открытых писем и освещением проблем в СМИ. Да и многие пациенты не готовы об этом говорить.
Например, вчера обратилась пациентка, лекарства нет в частной аптеке, в выдаче лекарства в районной поликлинике отказали. Я объясняю, что вам нужно написать письменное обращение в Минздрав вашего региона. «Нет, я не буду этого писать, потому что я тогда поссорюсь с моей поликлиникой». С одной стороны, человек обращается и говорит, что у него есть проблема. С другой стороны, когда выясняется, что решение этой проблемы связано с тем, что необходимо поставить свою подпись и сообщить в вышестоящие инстанции о своей проблеме, то тут уже меньше желающих это делать.
Полина Пчельникова

Директор фонда «Подари жизнь» Екатерина Шергова считает, что все зависит от государства и фармкомпаний и их договоренности.

Но наше глубокое убеждение, что страна обладает всем необходимым для решения вопросов обеспечения своих граждан любым лекарственным препаратам. По нашему мнению, в стране достаточно ресурсов и механизмов создать такую систему лекарственного обеспечения, чтобы больные люди, в том числе дети, никогда не сталкивались бы с проблемой, что нужного лекарства нет.
Екатерина Шергова
Директор фонда «Подари жизнь»
Недавно в Евросоюзе и США создали спецгруппы, которые занимаются изучением основных причин дефицитов, а также пытаются решить эти проблемы. В России же таких группы нет.
Лекарственный кризис выявил одну простую вещь: за то, чтобы в стране было достаточное количество лекарств, никто не несет ответственности.  Минздрав не может повлиять на производство и цены. Минпромторг понятия не имеет, сколько препаратов нужно пациентам, и никакой Минздрав ему никакого задания выдать не может. ФАС, неверно рассчитав рентабельность, может спровоцировать прекращение нерентабельных производств, и механизма обжалования ее решений не существует. К сожалению, пока финальные решения будут оставаться не за Минздравом, а главной задачей не станет качество и продолжение жизни людей, ничего принципиально не изменится.
Елена Грачева
Член правления благотворительного фонда помощи онкологическим больным AdVita

Всероссийский союз пациентов и другие некоммерческие организации в своих открытых письмах предлагают конкретные меры для того, чтобы ситуация изменилась: например, увеличить финансирование для закупок лекарств (именно из-за этого возникают многие проблемы), организовать мониторинг доступности лекарств, изменить систему госзакупок лекарств так, чтобы она вышла из-под правила «третий лишний» и дополнительные закупки можно было бы проводить быстро.

Не так давно мы писали, что благотворительный фонд Константина Хабенского совместно с другими благотворительными фондами и организациями опубликовал открытое письмо, в котором говорится о нехватке лекарств для онкологических больных в России. Письмо направлено в Госдуму, Совет Федерации, президенту РФ и профильным ведомствам.

Минздрав отвечал, что необходимые меры уже приняты. Однако в некоммерческих организациях считают, что этих мер недостаточно либо они не работают.

Провалы в лекарственном обеспечении — результат многочисленных действий многочисленных участников процесса, и к починке всех этих процессов никто еще толком и не приступал. Нужно вносить изменения в десятки законодательных актов и приказов десятка ведомств, замучаешься перечислять. Но главная проблема — это целеполагание: пока мы видим, что решения принимаются из соображений политики или экономики, а не защиты здоровья людей.
Елена Грачева
Член правления благотворительного фонда помощи онкологическим больным AdVita


Контакт с редакцией

Сервис комментирования материалов сайта Ural56.Ru не является частью сайта Ural56.Ru, а предоставлен сервисом hypercomments.com. При размещении комментария редакция сайта в целях Вашей безопасности просит не размещать персональные данные, а при их размещении ознакомиться с политикой конфиденциальности сервиса hypercomments.com, поскольку обработка персональных данных осуществляется сервисом hypercomments.com самостоятельно. *

Анастасия Линяева
Урал56.Ру
16.02.2021 Область

Календарь материалов

Июнь
2021
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30


Подпишитесь
на наш Telegram

Подпишитесь на наш канал в Viber

9 октября в Орске отключат свет 8 октября в Орске отключат свет 4 октября в Орске отключат свет 3 октября в Орске отключат свет Перейти в раздел