19 августа 2019 • Пн • 00:42
$ 66.00 € 73.22
Сейчас:
+24°C
Ночью
+16°C

Защитник «Газовика» Адесойе Ойеволе: — Хочется отнять очки у «Зенита»

Интервью с русским нигерийцем

3738
20.05.2016 Область
Адесойе Ойеволе раздает автографы

Один из игроков оренбургского «Газовика», центральный защитник Адесойе Ойеволе рассказал телеканалу «Матч ТВ» о детстве в Нигерии, зарплате в 6 тысяч рублей, о комарах и о проблеме расизма в российском футболе. Также рассказал, почему в Премьер-лиге больше всего хочется отнять очки у питерского «Зенита».

О «Газовике», выходе в РФПЛ и смене названия

Адесойе Ойеволе благодарит болельщиков за поддержку после матча

 — На выездной игре, после которой «Газовик» вышел в премьер-лигу, я не был. Приехал потом в аэропорт. Там было достаточно много народа, плакаты, цветы. Но, если честно, мы еще не поняли, какое дело сделали. В прессе нас уже называют поставщиками побед для «Зенита». Поэтому в премьер-лиге больше всего хочется отнять очки именно у питерцев – чтобы люди не думали, что мы в какие-то игры с ними играем. Вероятная смена названия нас пока не касается: будет ФК «Оренбург» вместо ФК «Газовик» – ничего страшного. Просто команду передадут в городскую собственность, и все.
 
Один болельщик предложил назвать команду ФК «РГЕ» – в честь Роберта Геннадьевича Евдокимова. Тоже неплохая идея. В межсезонке Роберт Евдокимов собрал некоторых из нас в неформальной обстановке и сказал, что пора по-серьезному стремиться в премьер-лигу. А потом уже руководство официально поставило задачу.  На самом деле, я в команде третий год, и за это время поменялось не так много людей. Мы уже с полувзгляда понимаем друг друга. Это и есть залог успеха.

О Нигерии

Игровой момент

Папа Аде — нигериец, до пяти лет он вместе с родителями жил в Африке. От того времени у Ойеволе остались не самые радостные воспоминания.

– Три главные вещи, которые я запомнил о Нигерии – беднота, жара, которую сменяют проливные дожди, и животный мир. Российскому человеку не понять, насколько там тяжелая жизнь. Голые голодные дети, которые спят чуть ли не под листиком, – это все ужасно. Мои родители преподавали в университете, поэтому я все время находился в студенческом городке. Сидеть со мной было некому, да и я сам чужих не подпускал, так что папа с мамой брали меня на лекции. Общаться с местными было тяжело – я для них был как белая ворона. В прямом смысле – они считали меня белым.

Однажды я на дороге встретил кобру. Было очень страшно, из-за этого я до сих пор боюсь змей. Причем в любом виде – даже мягкие игрушки не нравятся. А тогда я просто убежал. И, наверное, поэтому решил стать футболистом – увидев, как могу быстро передвигаться. С тех пор я ни разу не был в Нигерии – неинтересно. Я все это уже видел и заново возвращаться туда не хочу.

О России

Адесойе Ойеволе и Антон Кобялко — старые добрые друзья

Когда родители Аде развелись, он с мамой вернулся в Москву, где его сразу устроили в школу с английским языком. Но в тот момент для него важнее было выучить русский.

 — Там была очень хорошая учительница начальных классов. По-русски я тогда почти не разговаривал – в Нигерии было не до него, там больше нужны английский или местные наречия. И вот эта учительница общалась со мной на переменах, чтобы заново научить говорить. Теперь, правда, я забываю английский.

В России я всегда чувствовал себя комфортно, внимание меня не тревожило. Может быть, потому что друзья такие были. Хотя сейчас мы ходим, и жена все время говорит: «На тебя все смотрят!». А я так к этому привык, что уже не обращаю внимания. Драться мне максимум пару-тройку раз приходилось, да и то не помню из-за чего. Был случай, когда я еще в юношеской команде «Торпедо-ЗИЛ» играл. В метро на меня попытались наехать, но в нашей команде был человек, знакомый с фанатским движением. Он сказал, что я футболист, и все спокойно разошлись.

До того, как попасть в «Торпедо-ЗИЛ», я проходил просмотр в ЦСКА, но, видимо, ничем не выделялся. Еще был «Спартак». Там я провел буквально одну тренировку и сразу понял, что коллектив не мой. Как-то не очень дружелюбно они были настроены – и на следующий день я ушел в «Торпедо-ЗИЛ». Там, наоборот, хорошо встретили.

Начало профессиональной карьеры и второй дивизион

Мяч после удара Адесойе Ойеволе не попадает в ворота

Первый профессиональный клуб Аде – сочинская «Жемчужина». Правда, это была не та команда, которой из года в год удавалось выжить в самых неподходящих для этого условиях. В 1999-м году «Жемчужина» свалилась в первую лигу, а в следующем сезоне вылетела и оттуда.

Зарплата в «Реутове» у меня была 6 тысяч рублей, после первой игры подняли до 8 тысяч. Но мне хватало – и на жизнь, и на развлечения. Сейчас оглядываюсь и думаю: «Как я мог существовать на эти деньги?». Во второй лиге зарплаты были уже совсем другие – тысяч 30. Может быть, не зарабатывать, но нормально жить молодому футболисту было можно. Мама от футбола меня никогда не отговаривала.

Когда я играл во второй лиге, мне все нравилось. Историй про то, как судьи кого-то убивали, и в других лигах предостаточно. Я вот до сих пор после каждого второго матча считаю, что нас убивают. Потом отхожу, конечно. Так что самое страшное, что я видел во второй лиге – это комары в Вышнем Волочке. Они были такое огромные, что чуть с поля меня не вынесли. Еле отбился!

О ФК «Сибирь» и «Урал»

Адесойе Ойеволе ранее играл за екатеринбургский «Урал»

Ойеволе поиграл на всех уровнях российского футбола, но его попытки пробиться в премьер-лигу получались не слишком удачными: в 2013 году он ушел из «Урала», как только команда освоилась в элите, а за три года до этого попал в «Сибирь», уверенно стоявшую на вылет.

 — У меня никогда не было агента, поэтому, может быть, я так долго добирался до премьер-лиги. С Нальчиком вышла история: я приехал туда, сломал руку и попросил, чтобы меня сразу отправили домой. Но вместо этого просидел три дня, потом худо-бедно бедно купили билет. Позже меня опять звали. Но от первой поездки остался негативчик, и на повторное предложение я ответил категорическим отказом: «Пожалуйста, больше не звоните».

Я до сих пор живу в Екатеринбурге. У меня жена отсюда, поэтому этот город, можно сказать, стал вторым домом после Москвы. От столичной «движухи я уже отвык». Но по Уралмашу я не гуляю. Мне кажется, после захода солнца там любому человеку опасно гулять, не только темнокожему. Правда, одно время я жил на Эльмаше – это буквально через дорогу от Уралмаша. Остальные ребята жили в более благополучном районе. У меня еще не было собственности в Екатеринбурге, а у жены там квартира. Но передвигался я всегда на машине – на всякий случай.

С женой я познакомился в Египте. В тот момент я уже знал, что у меня будет возможность попасть в «Урал», и то, что девушка оказалась из Екатеринбурга, стало дополнительным стимулом. Свадьбу мы играли два дня: сначала собрали друзей и самых близких родственников, а потом устроили день открытых дверей. Был момент, когда мне предложили несколько стаканов с водой – проверить, какая у нас будет совместная жизнь. В один стакан добавили соль, во второй – лимон, а в третий – сахар. Мне, конечно, достался тот, что с солью. Чувствовал себя отвратительно. Но все равно пытался показать, что жизнь у нас будет сладкая.

О расизме в России и на трибунах

Адесойе Ойеволе принимает поздравления после «золотого матча»

В интернете можно найти ролик, где Ойеволе успокаивает агрессивного болельщика. Услышав в одной из игр фразу «Выучи русский», игрок в ответ продемонстрировал идеальное знание языка, в максимально доступной форме предложив оппоненту закрыть рот.

– Если честно, когда я увидел, что об этом пишут, не сразу понял, о каком моменте идет речь. Я и сейчас-то плохо помню, как все было. На поле и друг друга не всегда слышно, а уж что там с трибуны кричат. Болельщики «Урала» называли меня Максимкой, но в команде всегда обращались по имени. Не понимаю, кстати, почему в прессе в моем имени пишет две буквы «с». Меня зовут Адесойе, во всех документах так.

Когда я только появился в «Урале», была история. Иду по коридору, а навстречу – Евгений Алхимов. Показывает на пальцах: «Ну че, нормально все? Гуд?» Нормально, отвечаю, хорошо все. Он в шоке. Потом ребята рассказывали, что Женя пришел в номер вот с такими глазами: «Он, оказывается, по-русски разговаривает!» Хорошо еще, что меня путать было не с кем – я обычно один темненький в команде.

Не думаю, что проблема расизма в России больше, чем в остальном мире. Я редко сталкиваюсь с чем-то таким. А если сталкиваюсь, меня это никак не тревожит. Кинули банан, я заплакал и убежал – это не про меня история. Если мне кинут банан, я или сам его съем, или дочке отдам. Все зависит от личного отношения каждого человека. Для меня в российском футболе все нормально.

Сервис комментирования материалов сайта Ural56.Ru не является частью сайта Ural56.Ru, а предоставлен сервисом hypercomments.com. При размещении комментария редакция сайта в целях Вашей безопасности просит не размещать персональные данные, а при их размещении ознакомиться с политикой конфиденциальности сервиса hypercomments.com, поскольку обработка персональных данных осуществляется сервисом hypercomments.com самостоятельно. *

Календарь материалов

Август
2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31


Подпишитесь
на наш Telegram

Подпишитесь на нашу
email-рассылку


17 августа в Орске отключат свет 15 августа в Орске отключат свет С 13 по 19 августа в Оренбурге отключат горячую воду 13 августа в Орске отключат свет Перейти в раздел